Политическое убежище во Франции: кому дают и как доказать преследование

Политическое убежище во Франции предоставляют, когда у человека есть обоснованное опасение преследования за реальные или приписанные ему политические убеждения. Политические убеждения входят в число пяти оснований, предусмотренных Женевской конвенцией 1951 года (ст. 1A(2)). Для решения имеет значение не статус активиста или журналиста, а доказанная связь между обстоятельствами: власти узнали о взглядах или действиях человека и преследуют его именно по этой причине.

Процедура подачи заявления, её этапы и сроки описаны отдельно в материале «Процедура убежища и статус беженца во Франции».

Содержание:

1. Что закон считает преследованием по политическим убеждениям?
2. Кому дают: активисты, журналисты, отказ от мобилизации?
3. Чем политическое дело отличается от обычного уголовного?
4. Какие доказательства собирать и что делать без документов?
5. Как убежище влияет на розыск Интерпола и экстрадицию?
6. Почему отказывают и что делать дальше?

Что закон считает преследованием по политическим убеждениям?

Преследование по политическим убеждениям представляет собой серьёзную опасность для человека из-за его взглядов, их публичного выражения либо участия в политической или правозащитной деятельности. Женевская конвенция 1951 года относит политические убеждения к одному из пяти оснований для предоставления статуса беженца наряду с расой, религией, национальностью и принадлежностью к социальной группе.

Во французском праве эту норму закрепляет статья L.511-1 CESEDA. Для дел о политическом преследовании она предусматривает два правовых основания.

Конвенционное убежище предоставляют по основанию «политические убеждения», закреплённому в Женевской конвенции. Это основное основание для активиста, журналиста или оппозиционера. Заявителю достаточно доказать обоснованное опасение преследования в будущем, то есть реальный риск преследования при возвращении. Подтверждать, что пытки или лишение свободы уже состоялись, не требуется.

Конституционное убежище предоставляет особый статус «борцам за свободу» на основании преамбулы Конституции 1946 года, абз. 4, воспроизведённой в CESEDA L.511-1. В этом случае необходимо доказать реальное, уже состоявшееся преследование за активные действия в защиту демократии. При этом преследование может исходить и от негосударственного субъекта. Это основание применяют крайне редко.

Порядок подачи заявления и этапы рассмотрения относятся к общей процедуре убежища и не входят в тему этой статьи. Здесь рассматриваются только политическое основание и способы его доказать.

Кому дают политическое убежище: активисты, журналисты, отказ от мобилизации?

Политическое убежище предоставляют не за формальный статус, а при наличии доказанной связи между обстоятельствами: власти узнали об убеждениях или действиях человека, преследуют его именно по этой причине, а риск преследования в будущем реален. Само по себе указание на статус активиста или журналиста не определяет решение.

Для активистов и журналистов имеют значение дополнительные обстоятельства, перечисленные в таблице ниже. При оценке любой категории OFPRA устанавливает прослеживаемую реакцию властей на взгляды или действия заявителя. Например, в случае публикаций в социальных сетях нужно доказать, что власти увидели их и отреагировали, а не ограничиваться ссылкой на абстрактный риск того, что публикации могут прочитать.

Отдельную категорию образуют антивоенная позиция, отказ от мобилизации и дезертирство. Она непосредственно относится к ситуации в России после сентября 2022 года:

• Само по себе наказание за уклонение или дезертирство ещё не является преследованием: государство вправе призывать на военную службу (UNHCR Handbook, §167–171).
• Такое наказание становится преследованием, если оно непропорционально и применяется по политическому мотиву либо если служба означала бы участие в военных преступлениях (Директива 2011/95/UE, ст. 9(2)(e); UNHCR Guidelines No. 10, 2014).
• При отсутствии законного способа отказаться от службы власти с высокой вероятностью воспримут отказ как акт политической оппозиции, то есть припишут человеку политическое мнение (толкование Суда ЕС, дело EZ, C-238/19).

В России уклонение и дезертирство предусмотрены уголовными статьями, а в период мобилизации санкции повышаются. Для OFPRA наличие уголовного преследования служит одним из обстоятельств оценки, но не определяет решение само по себе. Ведомство устанавливает, выражает ли отказ заявителя антивоенную позицию или представляет собой отказ от службы без политического мотива. Дела лиц, преследуемых по уголовным статьям с политическим мотивом, включая составы об «экстремизме», «дискредитации армии» и «иноагентах», рассматриваются в следующем разделе.

Чем политическое дело отличается от обычного уголовного: как это видит OFPRA?

OFPRA не основывает оценку только на утверждении заявителя о политическом преследовании или на квалификации дела как обычного уголовного. Ведомство устанавливает действительный мотив преследователя: человека наказывают за совершённое деяние или за его взгляды. Поэтому значение имеет не название статьи в российском УК, а доказанная связь преследования с политическим мотивом.

Добросовестное общеуголовное преследование за деяние, запрещённое законом общего применения, не является основанием для убежища. Уголовное дело, используемое как средство расправы за взгляды, либо непропорциональное и избирательное наказание по политическому признаку может считаться преследованием (UNHCR Handbook, §§84–86). Для разграничения OFPRA оценивает мотив, пропорциональность и избирательность преследования, признаки фабрикации дела и общую картину репрессий в стране (COI).

Правовое основание прямо предусматривает, что для оценки мотива не имеет значения, обладает ли человек политической характеристикой в действительности: достаточно того, что её приписывает субъект преследования (CESEDA L.511-5; Директива 2011/95/UE, ст. 10(2)). В практике CNDA регулярно встречаются дела, в которых защиту получают люди, которым власти приписали «вражеские» взгляды из-за их работы, происхождения или связей.

Название статьи в российском УК само по себе не определяет решение. Применяется стандарт «обоснованного опасения» преследования в будущем. Если рассказ заявителя связный и правдоподобный, сомнения толкуются в его пользу на основании принципа бенефиса сомнения.

Какие доказательства политического преследования собирать и что делать без документов?

Закон не требует документально подтверждать каждый факт преследования. У лица, ищущего политическое убежище, полного комплекта документов может не быть, поскольку они могли остаться в стране происхождения или их получение может быть опасным. В таком случае основное значение приобретает связный, подробный и непротиворечивый рассказ (récit), который согласуется с документально подтверждённой картиной репрессий.

При наличии доступа следует собрать:

• Документы о преследовании: постановления о возбуждении дела, повестки, протоколы задержания и обыска, документы о мерах пресечения, судебные акты, решения о признании «иноагентом» или «экстремистом», документы об объявлении в розыск.
• Доказательства активности и взглядов: публикации и посты, включая скриншот, ссылку, дату и по возможности веб-архив; членские и редакционные документы; фотографии и видеозаписи с акций.
• Угрозы и сведения о давлении; свидетельства соратников, коллег и правозащитников (attestations).
• Информацию о стране происхождения (COI): доклады УВКБ ООН, Human Rights Watch, Amnesty International, Freedom House и решения ЕСПЧ. Эти материалы не заменяют личную историю заявителя, а подтверждают её правдоподобие.

Если документов нет:

• Основным доказательством становится récit. Рассказ заявителя сопоставляют с документально подтверждёнными сведениями о репрессиях в отношении соответствующей страны и категории лиц. OFPRA самостоятельно изучает информацию о стране происхождения.
• OFPRA проверяет внутреннюю согласованность, при которой анкета, письменный рассказ и интервью не противоречат друг другу, и внешнюю согласованность, при которой сведения не расходятся с общеизвестной информацией о стране. Ведомство также учитывает поведение заявителя во время процедуры, своевременность подачи и наличие объяснимых пробелов (UNHCR Handbook, §§196, 203–205).
• Сам по себе скриншот публикации в социальной сети является слабым доказательством. Его доказательную силу повышают сведения об охвате, прослеживаемая реакция властей, включая вызов, возбуждение дела, блокировку или признание «иноагентом», а также подтверждённая связь аккаунта с личностью заявителя.

Последовательность изложения истории во время процедуры может существенно влиять на результат. Общая процедура описана в материале о процедуре убежища, а порядок собеседования - в материале об интервью в OFPRA.

Как убежище влияет на красное уведомление Интерпола и экстрадицию?

Признанный статус беженца препятствует выдаче в страну, где человека преследуют, на основании принципа невыдворения (non-refoulement). Подача ходатайства об убежище сама по себе не предоставляет автоматической защиты от выдачи, однако исполнить выдачу до завершения рассмотрения ходатайства нельзя. Красное уведомление Интерпола не является ордером на арест: это запрос установить местонахождение человека и временно его задержать. Цвета и виды уведомлений подробнее описаны в отдельном материале о видах уведомлений Интерпола.

Принцип невыдворения (non-refoulement) запрещает возвращать беженца к границам страны, где его жизни или свободе угрожает опасность (ст. 33 Конвенции 1951). Аналогичное правило закреплено в статье L.721-4 CESEDA: человека нельзя удалить, пока его ходатайство об убежище не рассмотрено. На уровне Интерпола действует резолюция GA-2017-86-RES-09, которая ограничивает обработку красных уведомлений в отношении признанного беженца, если уведомление исходит от страны, от которой он получил защиту. В деле Bereciartua-Echarri (01.04.1988) Conseil d’État также указал, что признанного беженца нельзя передавать властям страны происхождения.

Розыск Интерпола не означает автоматической выдачи. Основания для отказа в экстрадиции и политический характер деяния рассматриваются отдельно. Одновременно с ходатайством об убежище целесообразно оспаривать само уведомление в рамках защиты от международного розыска Интерпола.

Почему отказывают в политическом убежище и что делать дальше?

По политическим делам отказ часто связан не с непризнанием политического мотива как основания для защиты, а с тем, что заявитель не доказал связь преследования с политикой либо допустил противоречия в рассказе. Отказ OFPRA можно обжаловать в CNDA в течение одного месяца. При наличии оснований заявитель также может получить субсидиарную защиту.

Типовые причины отказа:

• Неубедительный или несогласованный récit: противоречия, отсутствие деталей или признаки заранее заученной истории. Это самая частая причина.
• Не доказана связь преследования с политикой.
• OFPRA признала преследование добросовестным общеуголовным.
• «Внутренняя альтернатива» (asile interne, CESEDA L.513-5): в предоставлении защиты можно отказать, если человек мог укрыться в другой части своей страны. Однако когда преследование исходит от государства, что типично для политических дел, это основание, как правило, неприменимо.
• Сомнения, вызванные поведением заявителя: поздняя подача без объяснения, ложь или поддельные документы.

Решение об отказе обжалуют в CNDA в течение 1 месяца с момента уведомления. Пропуск срока делает жалобу неприемлемой, а запрос на бесплатную юридическую помощь приостанавливает течение срока. Порядок обжалования описан в материале об обжаловании отказа OFPRA в CNDA. Если оснований для предоставления статуса беженца недостаточно, возможна субсидиарная защита во Франции (CESEDA L.512-1). Её предоставляют при риске смертной казни, пыток, бесчеловечного обращения или серьёзной угрозы из-за вооружённого конфликта. Перемещённые из Украины пользуются отдельным режимом, условия которого описаны в материале о временной защите во Франции.

Частые вопросы

Статья носит информационный характер и не является юридической консультацией. Право убежища во Франции меняется, а каждое дело рассматривают с учётом его обстоятельств. Поэтому для оценки конкретной ситуации необходима персональная консультация по документам.